– Мне томатный сок, – бросил я бармену.

Если вы не хотите надрызгаться, как свинья, но не уверены, подают ли в гадюжнике, в который вас забросила судьба, что-либо, не вызывающее опьянения, – смело заказывайте томатный сок, ибо я не знаю ни одной забегаловки в Калифорнии, где не готовили бы “Кровавую Мери”.

– Боевая девчонка, – подмигнул мне Гарри, усердно делая вид, будто полагает, что Френки нас не слышит. – Держит вас в ежовых рукавицах, верно, сэр? Даже пить не позволяет. Заходите как-нибудь вечерком один, без нее. Познакомлю вас с девочками. Они не такие…

Франсуаз повернулась к нам и поставила свой бокал как раз на то место, куда расторопный бармен собирался поставить стакан с томатным соком. На мгновение его рука замерла, и вязкая темно-красная жидкость качнулась между стеклянных стенок, угрожая испачкать рукав моего пиджака. Гарри озадаченно выпучил глаза, и я понял, что ситуация с моим напитком вышла из-под его контроля.

Я вскинул руку и героическим усилием подхватил накренившийся было стакан. Бармен торжествующе улыбнулся мне, как футболист своему товарищу, с которым они только что умело разыграли мяч и забили красивый гол в ворота противника.

– Постарайся поменьше махать руками, – недовольно произнесла Франсуаз. – Ты чуть не вывернул мне бокал прямо на платье.

Подол ее одеяния был настолько короток, что если бурда, которую она тянула через соломинку, и могла что-то облить, то только колени моей партнерши. Я немного отпил из своего стакана и с омерзением водрузил его на стойку. Если человек, делавший этот сок, на самом деле полагал, что выжимает помидоры, – он здорово ошибался.

– Не нравится? – сочувственно поинтересовался бармен. – Вот то-то и оно. Был у нас один клиент, заходил с женой. Так она ему тоже спиртное брать в рот запрещала. Говорила – язва у него и все такое, – он неопределенно помахал в воздухе рукой, забыв, что держит в ней грязную тряпку для вытирания стойки.